Есть в мировой истории даты, оказывающие воздействие на формирование общественного сознания целых поколений. К их числу принадлежат 22 июня 1941 г. — дата разбойничьего нападения фашистской Германии на Советский Союз и 9 мая 1945 г. — день исторической победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Пожалуй, нет на земле человека, который остался бы равнодушным при воспоминании о них. У одних эти даты вызывают приступ бессильной злобы: в их сознании они навсегда связаны с обанкротившимися планами уничтожения Советской страны и установления во всем мире господства империалистической реакции. Эти исторические вехи служат суровым предостережением всем, кто в наши дни вновь пытается искать выход из противоречий капиталистической системы на путях войны и фашизма.

Для советских же людей (и их потомков, населяющих постсоветское пространство) эти даты связаны не только с горечью понесенных утрат. Они вызывают законное чувство гордости победой, одержанной над жестоким и сильным врагом, чувство выполненного патриотического и интернационального долга перед Родиной, перед историей, перед народами других стран, которые были спасены Советской Армией от фашистского порабощения.

Утро 4 января 1933 г. Обычный в это время года туман над Рейном, казалось, сгустился еще более. Гордость жителей Кёльна — чудо готической архитектуры, самый высокий в Европе собор, обычно хорошо видный со всех концов города, сегодня даже пассажирам проходивших мимо поездов казался лишь бесформенной темно-серой массой, заполнившей всю привокзальную площадь. Не удивительно, что едва ли кто из обитателей фешенебельной, сплошь застроенной особняками Штадтвальдгюртель заметил, как к обычной на вид трехэтажной вилле под номером 35—37 подъехало несколько автомашин.

Вышколенные слуги незамедлительно провожали прибывавших гостей на второй этаж. Там их любезно встречал хозяин виллы, худощавый, рано облысевший мужчина— барон Курт фон Шредер.

Гости знали, что перед ними — руководитель банкирского дома «Я. X. Штейн», член наблюдательного совета акционерного общества «Шарлотенхютте», принадлежавшего концерну Флика и связанного со Стальным трестом и концерном Тиссена, короче говоря — представитель финансово-промышленной элиты Рура. Знали они и другое. Виллу Шредера частенько посещает обербургомистр Кёльна господин Конрад Аденауэр, лицо чрезвычайно влиятельное в самой крупной буржуазной партии Германии — католической партии центра. Известно было, что дипломатические способности фон Шредера частенько использует в переговорах с зарубежными промышленниками и всесильный Яльмар Шахт — директор Имперского банка. «Это — новый тип промышленника и финансиста,— писала о Шредере в те дни газета «Теглихе рундшау»,— он расцветает за кулисами, но обладает огромным влиянием. Его экономические связи обширны, но политические идут еще дальше».

Рано утром 1 сентября 1939 г. вооруженные силы Германии обрушились на Польшу. Началась вторая мировая война. Гитлеровцы поставили на повестку дня вопрос о коренном переделе мира в пользу германского империализма.

Развитие военных действий нa польско-германском фронте определялось рядом крайне неблагоприятных для польского народа политических и военных обстоятельств.

Правящие круги буржуазно-помещичьей Польши на протяжении нескольких лет готовили страну не к отпору фашистской агрессии, а к совместному с нацистами грабительскому походу против СССР. На советской границе дислоцировались наиболее боеспособные части польской армии, здесь же велось строительство укреплений. Лишь весной 1939 года, когда над Польшей нависла непосредственная угроза немецко-фашистского вторжения, были сделаны первые шаги по переброске войск на запад. Однако к созданию оборонительной полосы на границе с Германией польское военное руководство так и не успело приступить. Не приняло оно и мер для защиты польских городов с воздуха. Так, например, крупнейший промышленный и транспортный центр — Лодзь не имел для защиты с воздуха ни одного зенитного орудия.

Не прошло и года после нападения гитлеровцев на Польшу, как многие страны континентальной Европы были либо оккупированы, либо контролировались фашистской Германией. Успехам фашистов во многом способствовала довоенная политика западных держав. Интересно в этом отношении высказывание американского публициста У. Ширера, утверждающего, что западные державы проиграли битву за Европу в 1935 году, когда они допустили возрождение и легализацию нацистских вооруженных сил; в 1936 году, когда они палец о палец не ударили, чтобы помешать вступлению частей вермахта в Рейнскую область; в 1938 году, когда они в Мюнхене выдавали на растерзание Гитлеру Чехословакию. Но дело заключалось также и в том, что после разгрома Польши гитлеровцы имели благоприятные условия, позволившие им без помехи осуществить широкую военную подготовку для нанесения удара по позициям западных держав.

На протяжении восьми месяцев, с сентября 1939 года до мая 1940 года, французские армии и английский экспедиционный корпус отсиживались за мощными укреплениями «линии Мажино» и никаких военных действий против вермахта не вели.

«Странная война» (или «сидячая война», как ее называют обычно немецкие историки) не была случайной. Она явилась прямым продолжением довоенной мюнхенской политики западных держав. И в новых условиях правящие круги Англии и Франции вынашивали планы сговора с фашистской Германией для направления гитлеровской агрессии в сторону Советского Союза. Еще 8 сентября 1939 г. испанский посол в Берлине сообщил гитлеровцам, что министр иностранных дел Франции Боннэ сейчас озабочен тем, как прийти к соглашению с Германией, он ждет лишь окончания операции в Польше.

Представим себе политическую карту Западной Европы 23 июня 1940 г. — на следующий день после капитуляции Франции. Коричневая волна фашизма захлестнула не только Францию, но и Бельгию, Данию, Норвегию, Голландию, Люксембург.

Гитлеровская Германия находилась в зените своего могущества. На континенте Европы к западу от рубежей Советского Союза не было военной силы, которая могла бы соперничать с нацистским вермахтом. Возвращение Гитлера из Компьена в Берлин вылилось в помпезную фашистскую манифестацию. Двенадцати нацистским генералам торжественно вручаются в имперской канцелярии фельдмаршальские жезлы. Командующему военно-воздушными силами Герингу присваивается чин рейхсмаршала.

Не могло быть никаких сомнений в том, что нацистские вожаки не остановятся на достигнутом и будут развивать свою агрессию дальше. Не было сомнений и в том, что гитлеровцы, несмотря на весь свой авантюризм, не будут распылять силы, а, придерживаясь оправдывавшей себя до сих пор стратегии «стадийности агрессии», нанесут первоначально удар в одном, решающем направлении. После войны на Западе опубликована обширнейшая литература, в которой утверждается, что непосредственной целью гитлеровцев в тот период являлась высадка немецких войск в Англии и завоевание Британских островов.

Менее чем за два года германскому империализму удалось значительно укрепить свои экономические и военно-стратегические позиции. К 1941 году гитлеровцами было захвачено в Бельгии, Дании, Франции, Голландии, Норвегии и Польше сырья, оборудования, продовольственных и других ценностей на сумму 12,8 млрд. марок. Началась принудительная отправка квалифицированных рабочих из оккупированных стран на военные предприятия в Германию, а немецкие рабочие призывались на службу в вермахт.

В обстановке военных успехов нацистов немецкие монополии получили широкие возможности эксплуатировать оккупированные страны.

17 июня 1940 г. на заседании так называемой имперской группы индустрии ведущими немецкими монополиями под флагом создания «нового порядка немецкой экономики» и «европейской экономики великого пространства» была разработана программа эксплуатации и грабежа оккупированных стран. В октябре 1940 года имперская группа индустрии передала гитлеровскому правительству «Пожелания к мирному договору и преобразованию экономических отношений в Европе». «Желанием высших сфер,— говорилось в этом документе,— является возможно более глубокое проникновение на европейские предприятия, особенно промышленные». Документ получил полное одобрение в нацистских официальных кругах. «Отдельные национальные хозяйства в Европе являются лишь частью единого целого, великого экономического пространства под руководством Германии»,— заверил промышленников представитель правительства Шлоттерер.

План «Барбаросса» был утвержден Верховным командованием немецко-фашистских вооруженных сил 18 декабря 1940 г. Этот план предусматривал внезапное нападение на Советский Союз и нанесение ему поражения в ходе «молниеносной войны».

В плане «Барбаросса» определялись направления главных ударов немецко-фашистских войск. Все войска, сосредоточенные у границ Советского Союза, разделялись на три группы армий. Группа армий «Север» (ее командующим был назначен фельдмаршал фон Лееб) сосредоточивалась в Восточной Пруссии для удара через Советскую Прибалтику на Ленинград.

В районе Варшавы создавалась самая сильная (в нее входили две танковые армии) группа армий «Центр» под командованием фельдмаршала Бока. Ее цель состояла в том, чтобы разбить советские войска в Белоруссии, а затем вместе с северной группировкой развернуть наступление на Москву. «Захват этого города, — говорилось в директиве, — будет означать решающий успех как с политической, так и с экономической стороны, не говоря уже о том, что русские лишаются важнейшего транспортного узла».

На окраине Западного Берлина в районе Шпандау расположен комплекс зданий, обнесенных высокой стеной из красного кирпича. Предназначенное вначале для таможни, это сооружение много лет служило тюрьмой для уголовных преступников. И хотя оно не отмечено в путеводителях для туристов, интерес к нему не иссякает вот уже без малого четверть века. Ныне — это тюрьма для главных немецких военных преступников, осужденных Нюрнбергским трибуналом. За свои преступления против мира и человечности сюда попали Шпеер, Редер, Ширах, Дениц и др. В настоящее время в тюремной камере Шпандау отбывает срок заключения нацистский военный преступник Рудольф Гесс.

Но вернемся к истории, которая произошла много лет назад. ...Поздно вечером 10 мая 1941 г. над Северной Англией неподалеку от Глазго появился двухмоторный немецкий истребитель «Мессершмитт-110». Летчик выбросился на парашюте, самолет разбился. Подоспевшему английскому фермеру пилот назвался капитаном нацистских ВВС Хорном. Летчика передали властям. Через несколько минут в загородном поместье премьер-министра Англии Черчилля раздался звонок: «Гесс в Шотландии». Да, под именем Хорна в Англию прилетел заместитель Гитлера по фашистской партии, генерал СС и СА, член тайного совета и кабинета министров фашистского рейха Рудольф Гесс.

Воскресенье, 22 июня 1941 г. Этот день стал первым из 1417 дней ожесточенной вооруженной схватки между страной победившего социализма и наиболее реакционной и агрессивной силой империализма — германским фашизмом. Началась война, равной которой по напряжению, размаху, последствиям еще не знала история человечества. Фашистская Германия 22 июня встала на тот путь, который привел ее в конечном счете в мае 1945 года к военному разгрому и крушению.

Однако в тот жаркий и солнечный день (в Москве температура + 24°, в Берлине +21°) нацистские вожаки серьезно считали, что только они творят историю человечества. «Мир затаит дыхание, когда начнется операция «Барбаросса», — торжествующе восклицал Гитлер. Опьяненные первоначальными успехами, немецкие генштабисты полагали, что события разворачиваются в полном соответствии с разработанными планами. Так, 3 июля Гальдер записывает в своем служебном дневнике: «Не будет преувеличением, если я скажу, что кампания против России будет выиграна в течение 14 дней... Когда мы будем форсировать реки Западную Двину и Днепр, то речь пойдет не столько о разгроме вооруженных сил противника, сколько о том, чтобы отнять у него промышленные районы и не дать ему возможности, используя гигантскую мощь индустрии и неисчерпаемые людские резервы, создать новые вооруженные силы».

Стремление захватить и уничтожить важнейшие политические и индустриальные центры Советского Союза — Москву и Ленинград — занимало самое видное место во всех гитлеровских планах, связанных с войной против СССР. По расчетам нацистских генштабистов сначала в их руки должен был попасть Ленинград, а спустя несколько недель и Москва. «Фюрер исполнен решимости сровнять с землей Москву и Ленинград, дабы мы избавились от необходимости в течение зимы кормить их население» — записал Гальдер 8 июля 1941 г. в служебный дневник.

Гитлеровцы настолько были уверены в реальности своих замыслов, что определили время парада немецких войск на Дворцовой площади, заготовили и раздали солдатам и офицерам путеводители по Ленинграду и даже отпечатали пригласительные билеты на торжественный банкет в ленинградском ресторане «Астория». Когда немецким танкам удалось ворваться в Гатчину, радио Берлина объявило: «Остались считанные часы до падения Ленинграда, этой твердыни Советов на Балтийском море».

900 дней выстоял Ленинград под натиском гитлеровцев— выстоял и победил. Неизмеримы жертвы, понесенные ленинградцами. На Пискаревском кладбище под монументом со словами «Никто не забыт и ничто не забыто» покоится прах многих тысяч жителей города. В ходе войны в Ленинграде было выведено из строя 840 промышленных предприятий, сгорело и было разрушено 19 тыс. жилых домов. «Пройдут века,— говорил M. И. Калинин, вручая городу-герою орден Ленина,— но дело, которое сделали ленинградцы — мужчины и женщины, старики и дети этого города.., никогда не изгладится из памяти самых отдаленных поколений».

Поражение немецко-фашистских войск под Москвой серьезно отразилось на экономическом и внутриполитическом положении Германии и всей фашистской коалиции. Вместо «молниеносной войны» гитлеровцы оказались вынужденными вести затяжную войну, к которой экономика фашистской Германии готова не была. Недооценивая военно-промышленный потенциал Советского Союза и рассчитывая на близкую победу, гитлеровцы в первые месяцы советско-германской войны не форсировали производство вооружения и боеприпасов для сухопутных войск. Более того, в предвидении скорого столкновения с Англией и США в августе 1941 года последовала команда готовиться к постепенному переводу промышленности на форсированное производство подводных лодок и морских самолетов. В 1941 году производство оружия и военных материалов сохранялось в основном на уровне 1940 года, а производство артиллерийско-стрелкового вооружения и боеприпасов даже несколько сократилось. Выплавка стали уменьшилась с 2,3 млн. т в марте 1941 года до 1,82 млн. т в феврале 1942 года. Почти прекратилось строительство новых военно-промышленных объектов. В ожидании близкой победы монополии считали нерентабельным приступать к строительству новых больших военных предприятий.

Финал заговора немецких и международных монополий, приведшего Гитлера и нацистскую партию к власти 30 января 1933 г., состоялся в Берлине 8—9 мая 1945 г.

Берлин, взятый штурмом советскими войсками 2 мая 1945 г., стал местом безоговорочной капитуляции немецко-фашистских вооруженных сил.

День 8 мая 1945 г. был солнечным... Рассеялась туманная дымка над центральным аэродромом Берлина — Темпльхофом. Взлетно-посадочные дорожки расчищены от обломков сгоревших самолетов нацистского люфтваффе. Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал армии В. Д. Соколовский и комендант Берлина генерал Н. Э. Берзарин встречают представителей Союзного командования — командующего стратегическими воздушными силами США генерала Спаатса, главного маршала авиации Великобритании Теддера, главнокомандующего французской армией генерала Делатр де Тассиньи. Оркестр исполняет гимн союзных держав. Принимается рапорт почетного караула.

Top.Mail.Ru Яндекс.Метрика